• Ср. Май 18th, 2022

Что это вообще за военная кампания? А как принималось решение о нападении на Украину?

военная кампания

T.me Очень скоро встанет один главных вопросов в рамках политической истории XXI века: а как именно принималось в Кремле решение о широкомасштабном нападении на Украину? И чем дальше идет дело, тем менее понятно — в том числе и военным аналитикам — а что это вообще за военная кампания?

Глобальное общество ежедневно видит репортажи — российские военнопленные не производят впечатления кадровых военных, по дорогам брошено огромное количество техники, теми контингентами, которые выделены, Кремль не может взять даже Мариуполь, попытки взять под контроль другие города и населенные пункты ведут к тому, что украинская армия выбивает эти контингенты оттуда в течение суток. Удары по военной инфраструктуре — при таком уровне глобальной поддержки Украины — не имеют смысла, поскольку мировое сообщество в ответ на уничтожение военных складов готово немедленно предоставлять и вооружения и дополнительные финансовые средства. Перед нами картина приближающего военного поражения Москвы. Отсюда и очевидное внимание к Шойгу, Министерству обороны и Генштабу.

Но вот известный военный аналитик Павел Лузин в Insider тоже предлагает приглядеться внимательнее.

Ведь все военные аналитики до начала кампании писали о том, что наземная операция лишена всякого разумного смысла, а кто же продавил это решение у Путина? Лузин считает, что ФСБ. Оно и является бенефициаром всех последствий этого нападения — и во внутренней политике, и в «национализации бизнеса».

Если задуматься: это же не военные создали в мозгу Путина убеждение в том, что Зеленский стоит слабо, что украинское общество расколется, что в нем есть какие-то силы, которые поддержат «антифашистскую» риторику. Сами формулировки, которые сопровождают всю кампанию в официальном языке Кремля сегодня — «денацификация», борьба с националистической хунтой в Украине, «8 лет сидели по подвалам» и т.д. — это все из какого языка? Это из языка спецслужб, это все характерный диалект «чекизма». Если представить себе итоговый результат кампании — допустим, захват дополнительных территорий на востоке Украины, — кто получит бонусы от этого? Армия получит только гробы и позор, а ФСБ получит контроль над активами на этих территориях. Это их люди будут там «дербанить» все, как ранее в Крыму.

То заседание Совета Безопасности, которое нам показали, конечно, как всякая инсценировка, дает лишь условное представление о порядке принятия решения. А ведь решение повлекло за собой глобальные последствия, обрушило весь постсоветский транзит России, сделало ее страной-изгоем, приведет к ее полной архаизации и обнищанию. Поэтому вопрос о том, как именно принималось «историческое решение», в каком кругу, кто какую позицию занимал — это окажется одной из важнейших тем в учебниках второй половины столетия.

Александр Морозов

Добавить комментарий