Политика

Слабый силач: пределы власти в путинской России

Слабый силач

«Слабый силач: пределы власти в путинской России» (Weak Strongman: The Limits of Power in Putin’s Russia). Такой парадоксальный заголовок дал своей новой книге известный политолог Тимоти Фрай (Timothy Frye), профессор постсоветских исследований Колумбийского университета.

Виртуальное обсуждение книги, вышедшей в издательстве Принстонского университета, организовал Институт Кеннана, один из ведущих центров по изучению России и Евразии, входящий в структуру Международного научного центра Вудро Вильсона. Центр был основан в 1968 году актом Конгресса США.

Как отметил модератор презентации Майкл Киммедж (Michael Kimmage), профессор истории Католического университета Америки, эксперт по истории «холодной войны» и российско-американских отношений, книга профессора Фрая рисует картину отношений государства и общества в сегодняшней России. Да, личная власть президента Путина очень велика, констатирует автор книги, особенно в сфере международной политики и национальной экономики, но и у нее есть свои пределы.

Свою новую книгу профессор Фрай охарактеризовал как «плод любви». «Это гораздо более личная моя книга в сравнении с предыдущими, — отметил он. – Она в большей степени ориентирована на массовую публику, чем на среду ученых, и мне было важно, чтобы она увлекла читателей».

«Лучшая работа»

В книгах о России недостатка нет, заметил Фрай. «Эта книга отличается от других по ряду причин, — сказал он. – Мне показалось важным разобраться в феномене автократии на примере правления Путина, когда все важные государственные решения принимаются только первым лицом. Если мы окинем взором мировой порядок, то увидим, что существующие на земле автократии похожи одна на другую. Возьмем, к примеру, известную экспроприацию Кремлем нефтяной компании «ЮКОС». Примерно в то же время и по той же схеме происходила национализация энергетического сектора в Алжире, Боливии, Венесуэле и ряде других стран. Мне показалось важным подчеркнуть общие черты разных автократий, не делая акцент на уникальности исторических судеб России».

Главный материал, на котором строит свои умозаключения автор книги, это результаты социальных исследований в сфере экономики, выборов, сравнительного рейтинга популярности политиков. По словам Фрая, ему хотелось немного «остудить» накал дискуссии, предложив максимально объективно взглянуть на отношения общества и власти в России.

Фрай сообщил также, что он поделился в книге своими личными воспоминаниями о России за последние тридцать лет, включая работу представителем Информационного агентства США (USIA) в конце 80-х годов.

«Замечательное было время, — сказал он. – Разъезды по всей России в компании еще двадцати американцев, откровенные беседы с людьми в Тбилиси, Ташкенте, Иркутске, Ленинграде, Магнитогорске, Минске, их расспросы о жизни в Америке. Лучшая работа за всю мою жизнь! Также мне не забыть 11 сентября 2001 года. В тот день я находился в Москве, и там я узнал трагические новости из Нью-Йорка. Случалось разное, грустное и веселое, и эти вставные новеллы, надеюсь, сделают чтение книги легким».

Причина уязвимости — страх

Майкл Киммедж спросил автора книги, возникали ли какие-либо неожиданности во время сбора материала для нее и было ли что-либо, удивившее исследователя.

По словам Фрая, его приятно удивило обилие информационных и аналитических данных, в общем, не характерное для современных автократий.

«В России функционируют организации и группы, которые собирают статистические данные самого разного свойства, — заметил он. — К примеру, очень впечатляющий материал был собран о фальсификациях на выборах. Мы получили доступ к ежемесячным данным о рейтинге президента за последние два-три десятилетия. Иногда данные поступали одновременно от двух уважаемых социологических служб. Нам завидуют коллеги, изучающие страны Латинской Америки, ведь они располагают гораздо меньшими объемами достоверной информации.

Повышенная чувствительность граждан России к оценке мирового статуса их страны также не может не удивлять, отметил профессор Фрай.

«Русских очень волнует, вправе ли мы считать Россию супердержавой, — сказал он. — Но это достаточно абстрактный посыл. Что-то вроде вопроса: хотите ли вы стать выше ростом? Ну да, хотелось бы, ответит почти каждый. А вот если вопрос о сверхдержавности сформулировать иначе: что для вас важнее – чтобы сверхдержавную Россию боялись другие страны, или чтобы вы лично жили лучше в материальном плане. Характерно, что все эти годы люди предпочитают второй вариант ответа. Еще один пример. Поддержка украинской политики Кремля в опросах заметно падает, если вопрос на эту тему содержит как условие присоединения Крыма многочисленные человеческие жертвы в результате военного противоборства».

Майкл Киммедж обратил внимание на индифферентность российского среднего класса, который в последнее время не проявляет заметной политической активности.

«Путину приходится нелегко, — сказал Фрай. – Ему приходится усиливать поддержку среднего класса, чтобы усмирять его недовольство и чтобы тот не выходил на уличные акции протеста, и в то же время не забывать подкармливать ближний круг олигархов, чтобы сохранять их лояльность себе. Средний класс в России хорошо образован, но большинство рабочих мест ему обеспечивает государственный сектор. Главной причиной его уязвимости является страх потерять работу. Отсюда и политическая зависимость. Так, примерно 40 процентов всех работников госсектора голосуют по указке своего начальства».

Вызовы для Путина

Профессор Киммедж обозначил три сферы, в которых Путину, по его мнению, надлежит серьезно поработать,чтобы остаться лидером еще на какое-то время. Это развитие экономики, переживающей стагнацию, реформа архаичной системы управления и укрепление собственной легитимности, в которой сомневается большое число его сограждан. «Наверное, это и есть те слабости, на которые указывает название вашей книги», — сказал он профессору Фраю.

«Я долго думал, перебирая возможные названия, — признался Фрай. – И остановился на этом. Оно эффектное, привлекает внимание, а это важно для продажи книги. Более корректное название было бы более скучным, а этого я хотел избежать. При этом название «Слабый силач» вовсе не предполагает, что у Путина в обозримом будущем заберут власть. Такая угроза может исходить от двух сил, о которых мы уже говорили, — от среднего класса или от ближнего круга. Но это все в теории. Пока же политическое поле зачищено, серьезных вызовов Путину нет, Навальный томится в тюрьме. Не исключено, что такой вызов может возникнуть из-за зашкаливающего уровня коррупции, что побудит более широкие слои населения выйти с протестом на улицы. Это произойдет, если благосостояние народа резко снизится. Путин это хорошо осознает и время от времени дает понять, что его нужды народа заботят. К примеру, на днях были открыты новые десять станций московского метро. Одновременно ужесточаются репрессии, власть вынуждена все больше полагаться на открытое насилие в отношениях с оппозицией. Напряжение в обществе растет. Другой вопрос: приведет ли оно к каким-то политическим изменениям? Этого не знает никто».

Профессора Фрая спросили о динамике общественного мнения в России по отношению к военному конфликту на востоке Украины. «Это вопрос вопросов, — сказал по-русски Фрай. – Могу сказать только, что решающим фактором являются потери российских войск. Смотрите, как нервно реагирует власть на любые попытки масс медиа проследить маршруты гробов солдат, погибших в Донбассе. Потери тщательно скрывают, как и сам факт прямого участия регулярной российской армии в войне».

Фраю был задан вопрос: будет ли, по его мнению, Путин баллотироваться в президенты в 2024 году и какой ему представляется постпутинская Россия?

«История показывает, что автократам после многолетнего правления крайне сложно мирным образом уходить с руководящего поста, — сказал Фрай. – Я не беру случаи, когда окончанием правления является смерть лидера в результате переворота, военного конфликта или народного восстания. Я не знаю, будет ли Путин баллотироваться в 2024 году, но я могу предвидеть, что если будет, то главным вопросом для него станут гарантии безопасности для него и его родных. И здесь все упирается в фигуру преемника. Я думаю, что сценарий гладкого перехода от автократии к демократии в российских условиях нереален».

«Чтобы понять автократа, нужно понять автократию», — так профессор Фрай сформулировал ответ на вопрос о том, какой стратегии должна придерживаться администрация Байдена, выстраивая отношения с Россией.

«Помимо усиления сотрудничества с Европой в рамках НАТО, — сказал он, — нужно осознавать, что внутренние проблемы Америки пропагандистская машина Кремля будет стремиться использовать для дискредитации демократии как общественного устройства. Вы хотите демократии? – спросит Путин у своих сограждан – тогда получите заварушку типа той, что произошла 6 января на Капитолии».

«Нынешнее положение Путина очень непростое, — сказал в заключение профессор Фрай. – Агрессия против Украины, аннексия Крыма, сбитый малайзийский лайнер продолжают процесс отторжения России от цивилизованного мира. Украину России не удержать, она отплывает в сторону Запада. Европа продлевает санкции против России уже не первый год. Громкие планы роста экономики, провозглашенные Путиным в 2012 году, не реализованы. Концентрация власти в Москве в такой огромной стране, очевидно, не продуктивна. В мире у Путина репутация человека, которому нельзя доверять. Вместо использования «мягкой силы» в проблемных регионах и сферах Россия обращается к жестким инструментам давления в виде военных действий. Время не на стороне Путина, и он это понимает. С другой стороны, нам нужно быть очень осторожными и не спекулировать тем, что кажется очевидным. История иногда преподносит большие сюрпризы.

Добавить комментарий