• Пн. Июн 27th, 2022

Страна не для жизни

Страна не для жизни

2021 год в Беларуси — это непрерывный террор.

T.me Во второй половине 2020-го Лукашенко, очевидно, пережил экзистенциальную угрозу. И пока оппозиция в лице Светланы Тихановской собиралась «спокойно перезимовать», а уже весной — на волне вновь вспыхнувших протестов — начать переговоры о будущей капитуляции диктатора, тот планомерно уничтожал все потенциальные источники этой угрозы.

Протесты не вспыхнули. Третий сектор в Беларуси подвергся тотальному разгрому. На сегодняшний день ликвидировано 275 общественных организаций. Под раздачу попали все: любители софтбола и любители философии, театралы и пчеловоды, фитнес-клубы и хосписы. Даже велосипедистам досталось. Под корень уничтожены независимые СМИ — в стране остаются буквально считаные журналисты. В заключении находятся 32 представителя медиа. Практически все независимые издания оказались в списке «экстремистских формирований».

Согласно спискам инициативы Dissidentby, в Беларуси на сегодняшний день как минимум 1170 политзаключенных, еще 250 человек отбывают наказание в условиях «домашней химии» (ограничение свободы без направления в исправительное учреждение). Однако, учитывая, что число политических уголовных дел составляет около 5000, реальное количество политзаключенных может быть значительно выше. Поддавшись давлению со стороны силовиков или же боясь ухудшения условий заключения, некоторые репрессированные препятствуют присвоению им такого статуса.

В любом случае это рекордный показатель. При разнице населения в 15 раз, в Беларуси абсолютное число политзаключенных почти втрое больше, чем в России. По данным Конгресса США, в 2019 году было известно о 1598 политзаключенных в КНР. И даже если реальное число, допустим, в 100 раз превышает известное, все равно на душу населения в нынешней Беларуси число политзаключенных будет выше, чем в тоталитарном коммунистическом Китае. В советской Польше периода военного положения (1981-1983 гг.) на момент введения ускоренной процедуры помилования для политзаключенных таковых было 894.

В такой сравнительной оптике становится понятен размах репрессий режима Лукашенко. Помимо арестов в стране также проводятся массовые «чистки» кадров, то есть увольнения заподозренных в нелояльности, на предприятиях, в учреждениях образования и здравоохранения, госорганах. При приеме на работу наниматель теперь обязан проверять «отношение к государственным институтам» у потенциальных работников. Главный идеолог Мингорисполкома Ольга Чемоданова открыто заявляет: «Мы не можем допустить на наши предприятия людей, которые не уважают нашего президента и существующую символику».

«Проявление патриотизма», согласно планируемым поправкам к Конституции, станет «долгом каждого гражданина».

Поскольку на пряники денег больше нет, к всеобщему патриотизму принуждают утяжеленным кнутом. К концу года стали почти привычными приговоры к 10-20 годам лишения свободы по политическим делам. Огромные сроки получили «группа Тихановского»Мария Колесникова с Максимом Знаком. Четверым анархистам дали от 18 до 20 лет, в тюрьме их пытают.

В рутинную репрессивную практику превратились:

  • «Арестные карусели» — когда человеку назначают новый административный срок во время отбывания ареста, потом еще и еще. Так, 26-летние супруги Сергей Крупенич и Анастасия Крупенич-Кондратьева провели за решеткой более 200 суток на двоих. Всего с учетом 9 приговоров у Крупенича 127 суток ареста, у его жены — 126 суток за обмен ссылками в личных сообщениях на «экстремистские» телеграм-каналы.
  • Массовые аресты за «нескорбление»: то по сотруднику КГБ, убитому во время перестрелки в квартире минского айтишника Андрея Зельцера, то по российским десантникам, погибшим на военных учениях около Гродно.
  • «Покаянные» видео в кадыровском стиле: запуганных людей заставляют унижаться на камеру, в том числе признаваться в своей действительной или мнимой «нетрадиционной» сексуальной ориентации. Силовики также вынуждали своих жертв «каяться» за «оскорбительные» мнения о миграционном кризисе на западных границах Беларуси. Которые заключались в том, что все это «срежиссированный цирк».

Репрессивная машина бесперебойно работала круглый год. Уголовных и административных дел по политическим мотивам было так много, что выделить из них самые абсурдные не так уж просто.

Самый тяжелый приговор

Задержанный еще в мае 2020 года, за два месяца до президентских выборов, политик Николай Статкевич был приговорен 14 декабря этого года к 14 годам лишения свободы. Это не самый длительный срок, но отбывать его он будет в самых тяжелых условиях — колонии особого режима. То есть в камерном помещении. С ограниченным числом прогулок в закрытом дворике, как в тюрьме. Рядом с особо опасными рецидивистами. С правом на одно длительное свидание в год и одну посылку.

103025
Николай Статкевич в суде. Фото: «Вясна»

Самый безжалостный приговор

Выбрать было непросто. Но, пожалуй, такого звания больше всего заслуживает приговор Ольге Золотарь, 38-летней матери пятерых детей. Она получила четыре года лишения свободы за администрирование дворового чата, организацию чаепитий, концертов и прогулок. Что было расценено как создание «экстремистского формирования».

103027
Ольга Золотарь с семьей

Самый туманный приговор

Блогер Эдуард Пальчис получил 13 лет лишения свободы за то, что «затуманивал сознание граждан».

103029
Эдуард Пальчис. Фото: Сергей Гудилин / «Наша Ніва»

Психиатрический приговор

Юрий Ковалев проходил медицинскую комиссию для получения водительских прав. С психиатром у него возник спор на политическую тему. Врач сообщила в милицию, что он оскорблял Лукашенко. В итоге Ковалев получил год колонии.

103033
Юрий Ковалев

Месть за помидоры со сметаной

На видео, которое, вероятно, должно было быть покаянным, 65-летний Анатолий Шелкович пошутил о своей любви к сочетанию белого и красного: «У меня жена рыженькая… Я люблю помидоры со сметаной». После чего он стал человеком-мемом. В настоящий момент Шелкович отбывает четвертый административный арест подряд. Находится в заключении с 11 ноября.

103031
Анатолий Шелкович

Не дали «перелистнуть страницу»

Алексей Каверин, ведущий радиостанции «Гомель FM», записал в начале ноября этого года «покаянное» видео по собственной инициативе. Дескать, поддался дурному влиянию, был бессовестно обманут, мне показали однобокую позицию, но теперь у меня открылись глаза, я отписался от всяких экстремистов и хотел бы перелистнуть страницу. В декабре за ним пришли. Против Каверина возбуждено уголовное дело.

103035
Кадр покаянного видео Каверина

Из бездомных в политические

59-летний Александр Кутас 22 года провел за решеткой. После чего стал бездомным. Жил подаянием, прося милостыню в Минске. В этом году отсидел около ста суток за «незаконное пикетирование». Которое выразилось, например, в том, что он продавал кролика в бело-красно-белом ошейнике. В итоге на Кутаса завели уголовное дело по статье 342-2 УК РБ (неоднократное нарушение порядка организации или проведения массовых мероприятий). Ему грозит до трех лет лишения свободы.

103019
Александр Кутас

На вторую половину февраля следующего года в Беларуси запланирован референдум по поправкам к Конституции. Это означает большую превентивную зачистку дополнительно к рутинной. Кроме того, стоит ожидать и новых огромных сроков: на очереди процессы по делам о «терроризме» и «заговоре с целью захвата власти». У 57-летнего Александра Федуты, фигуранта последнего дела, на днях была диагностирована острая сердечная недостаточность. А у 64-летнего Григория Костусева онкологическое заболевание.

Дмитрий Галко, 29.12.2021

Добавить комментарий